Фанские горы. Фаны. Памиро-Алай. Таджикистан
English Version/Английская версия
fany.ru





                                                                                                                                    
     Главная страница >> статьи >> дукдон
                                                                                                                                  
  статьиверсия для печати 

Фанские горы. ТРАВЕРС МАССИВА ДУКДОН (1970г.)

ТРАВЕРС МАССИВА ДУКДОН (1970г.)

Перевал Дукдон


Фанские горы, стиснутые хребтами Зеравшанским и Гиссарским, запирают выход из развилки этих хребтов на запад, превращая пространство в закрытую со всех сторон долину верховьев реки Фандарья, притока Зеравшана. Фанские горы величественно высятся над Ферганской долиной, поднимаясь к голубому южному небу более чем на пять километров. К Фанским горам относятся и хребты бассейна реки Вору, примыкающие к ним с запада.

Со всех сторон Фанские горы окружены хребтами. В районе Фанских гор исключительное разнообразие и богатство пейзажей: сочетание своеобразных форм горного рельефа с яркой палитрой красок горных пород — от красных до фиолетовых со множеством оттенков.

В закрытой долине Фанских гор солнечно, осадков мало, ветры не проникают. Все эти особенности «Фан», как их ласкательно называют туристы и альпинисты, привлекают любителей гор.

Альпинисты давно обратили внимание на «Фаны». Первые восхождения на вершины Фанских гор предпринимались еще в 1937 г. (А.Мухин и В.Гусев). Однако настоящее освоение этих гор относится к последнему десятилетию. Здесь выполнено уже много первовосхождений, но немало осталось вершин, на которые не ступала нога человека. Много интересных маршрутов на уже покоренные вершины, и они ждут своих восходителей.

Все это вспомнилось нам еще задолго до сезона, в период, когда намечаются планы на лето, выбираются объекты восхождений. Как всегда, наши дружеские встречи проходили в дискуссионном плане. Каждый предлагал свои варианты восхождений, мотивировал их достоинства, настаивал на том, чтобы остановиться на них. Но время шло. Сезон приближался. Зная «Фаны» только, но отзывам и литературе, обращаемся за консультациями к Н.В.Пагануцци, любезно предоставившему нам фотоматериалы своей богатой фототеки, и к И.Б.Кудинову, неоднократно бывавшему в этих местах.

Остановились на двух объектах — вершине Чапдара (5200 м) в северном отроге Зеравшанского хребта и массиве Дукдон в Гиссарском хребте. Основным вариантом избираем Дукдон, прельщенные его величественностью, малоисследованностью, а также отличной погодой района — об этом нам сказали его знатоки.

Решение принято, заявляем в Чемпионат страны траверс Дукдона с востока на запад с подъемом по его северо-восточной стене. Тот же траверс, но в обратном направлении, а также подъем на Чапдару по ее северной стене заявляем запасными маршрутами.

Особенности массива Дукдон — значительное оледенение и резкая изрезанность гребня. Весь массив можно подразделить условно на три части. Первая — восточная, включает две безымянные вершины. Вторая — средняя, включает три также безымянные вершины. Третья — западная, включает три вершины, но на них уже бывали альпинисты, хотя и по наиболее доступным путям. К северу и северо-востоку массив обрывается крутыми скально-ледовыми стенами, по которым еще в 1967—1968 гг. проложены, теперь уже классифицированные, маршруты 5А и 5Б категорий трудности. Избираем началом траверса восточную стену самой восточной вершины массива, еще никем не пройденную. Итак, все избрано, изучено, решено. Как-то нас встретят «Фаны»?.. Надеемся на лучшее. Альпинисты ведь по своей природе оптимисты, и не по созвучию, а по существу.

Наконец мы в альпинистском лагере «Варзоб». Казалось, что вся предсезонная суета, волнения, отдельные мелкие неприятности остались позади. Мы уже с удовлетворением вдыхаем полной грудью горный воздух. Взгляды наши, чаще всего обращенные вниз и в стороны во время, хлопотливых городских «беганий», теперь поднимаются выше — туда, где хребты и вершины гор проецируются на фоне глубоко-голубого южного неба. Что ж, поборемся с тобой, Дукдон!

В последний день июля мы прибыли в кишлак Сары-Таг. Мы — это Ю.Моисеев, А.Симоник, М.Друй, К.Писарев, Ю.Солодков, Ю.Коленкин, врач Г.Сичкарь и наблюдатели Г.Никольский и В.Галбмилион.

В первый день августа вся группа с тремя гружеными ишаками прошла ущелье реки Каракуль, пересекла боковые отроги хребтов и спустилась в ущелье Дукдон. Нельзя сказать, что объект давней мечты встретил нас особенно радушно. Еще с пути наша стена — восточное окончание массива Дукдон — мрачно встала перед нами сквозь завесу дождя, прикрытая темными тучами. Все же различаем картинно-правильную седловину перевала Дукдон, ведущего на север, и значительно левее узкий провал, называемый перевалом Караарча, ведущий в одноименное ущелье.

Со 2 августа начинаем выполнять план по подготовке к штурму Дукдона. Действия группы расписаны не только по дням, но и по часам.

2 августа. Уточняем путь подъема по стене, в районе перевала Озерный устанавливаем наблюдательный пункт, согласовываем с наблюдателями связь, готовимся к выходу на следующий день. Готовиться, впрочем, практически нечего: все варианты рационов и снаряжения подготовлены заранее еще в лагере.
Массив Дукдон

Тактический план траверса — идти с минимальным количеством продуктов, на «жестком» пайке, предельно облегчив рюкзаки. Снаряжение тоже облегченное — из титана и дюралюминия. Снаряжение проверено в течение четырех-пяти сезонов, крючья и клинья к тому же прошли специальные механические испытания в лабораторных условиях. Предполагая, что на гребневом маршруте можно подобрать и подготовить хорошие места для ночевок, берем две «памирки». В одной размещаемся вчетвером в четырехспальном мешке, в другой — двое в односпальных, изготовленных по спецзаказу мешках (здесь же «кухня»).

Следует заметить, что световые сутки в Таджикистане короче привычных кавказских и несколько смещены: восход солнца в августе — около 7 часов. В соответствии с этим планируем наш «рабочий день». Распределяем грузы по связкам и рюкзакам; связки: Ю.Моисеев — А.Симоник, К.Писарев — М.Друй и Ю.Солодков — К.Коленкин. Такая разбивка участников команды по связкам позволила обеспечить движение по маршруту в хорошем темпе при максимальной безопасности: две связки, например, занимались устройством бивака, в то время как третья проводила разведку и обработку дальнейшего пути. Итак, завтра выходим.

А сейчас поужинали, сидим у костра, зажженного из остатков ящиков. Несмотря на костер, видны огромные яркие звезды. Все мы любим такие вечера перед выходом (если рано не вставать) и после возвращения. Можно пошутить, спеть, помечтать.

3 августа. Несмотря на ясное небо вечером, утром туман, облачно. В 9.00 прощаемся с наблюдателями и по осыпям направляемся к перевалу Караарча, выходим в цирк небольшого ледника, по которому, под стенами Восточной вершины по льду и снегу, заходим в «тыл» (с юго-востока) к контрфорсу. В 14.00 с крутого снежно-ледового галстука, поднимающегося к основанию огромного вертикального кулуара, отделяющего контрфорс от восточной стены вершины, переходим на широкую скальную полку. Погода резко ухудшается: дождь, мокрый снег. Останавливаться рано. На полке делаем площадку, ставим палатки. К 16.00 несколько проясняется. Надо хоть как-то восполнить потерянное время — связка с двумя веревками уходит на разведку и обработку маршрута. Сегодня даже нижнюю часть маршрута просмотреть не удалось. Пока это не страшно. Есть надежные ориентиры. Вправо по расщелине, далее по плитам и разрушенным скалам поднимаемся на перемычку гребня контрфорса. Мы на гребне, но еще есть веревка. Отжимаем рукавицы: ведь лазание проходит по мокрым скалам. Еще полверевки сложного лазания и... крючья забиты, веревка кончилась — долг выполнен. Скорее вниз, в палатку.

4 августа. Опять пасмурно, временами сыплет крупа. Быстро проходим обработанную часть маршрута, на последней стенке вытягиваем рюкзаки. Далее путь, в основном, по левой стороне контрфорса. Внутренний угол, переходящий в камин, площадка — складываем первый контрольный тур. Описания альпинистских маршрутов пестрят этими терминами и по сути напоминают объяснения маршрута в городе, где нет названий улиц: большой дом, затем маленький, потом двором в переулок и т. д. Может быть, язык несовершенен, но у нас пока другого нет. Да мы и неплохо ориентируемся.
После контрольного тура по монолитным скалам с малым числом зацепок, чередующихся с острым, местами разрушенным гребнем, — в широкий скальный кулуар и по нему — на северо-восточный гребень. Гребень подводит к верхней части стены. Два часа рубим лед и выкладываем из камней площадки с северной стороны гребня. Перед следующим взлетом делаем контрольный тур. Очень неприветливо встречает нас стена. Днем все время под мокрым снегом. Верхнюю часть стены не просмотреть. Работаем, как на краю света. Ничто не напоминает о том, что рядом есть жизнь. Скорее бы выйти под основную часть стены. Очень уж погода задерживает движение. А нам задерживаться нельзя: у нас нет забросок.

5 августа. Утро пасмурное, временами снег, крупа. Идти пока можно, но уже появилась злая сосредоточенность — так называемая спортивная злость. В таком состоянии все получается быстрее и организованнее. Движемся по гребню «крупноблочного строения» — серия «жандармов». Лазанье местами трудное. По скальному камину со снежно-ледовой пробкой протаскиваем, по веревке, рюкзаки, подталкивая их впереди себя. Средней трудности скалы, затем по полкам подходим к скальной стенке взлета с расщелиной. Поднимаемся на башню по спирали влево вверх; рюкзаки вытягиваем напрямую вдоль расщелины. Далее — в пологое понижение гребня вдаль скального канта, справа от которого параллельно идет снежный гребень, переходящий в склон. Последний ведет к основанию верхней части северо-восточной стены Восточной вершины.

Когда туман расходится, отсюда отчетливо видна верхняя часть стены. Да, основные трудности впереди. Но отсюда уже можно оценить, что пройдено, что предстоит пройти. Слева от нас кант обрывается отвесной стеной. Внизу виден снежный галстук, по которому мы начинали подъем по стене, отвесный кулуар. Разрывы редки. Опять пошел мокрый снег, но еще только 16 часов.

«Ну что, Юра, пошли заниматься любимым делом?» Связка Моисеев — Симоник уходит вверх. Остальные готовят бивак. Снег раскис. Зато завтра, если их не очень засыплет, будут отличные крепкие ступени. Просматриваем выход на скалы вершинной башни. Когда спускаемся, уже смеркается. Палатка светится изнутри, но еще виден скальный отвес у самого края палатки. Фантастическое зрелище. Назавтра предстоит трудный день. Добавляем лишний пакет в суп. Разыгрываем по вяленому лещу на связку. Деликатес смакуем целый час. Друй ухитряется припрятать про запас и потом нас же угощает. Костя Писарев — наш «Пимен» — пишет и затем зачитывает дневник восхождения. Вспоминаем, корректируем.

6 августа. Снова низкая облачность. Сегодня встаем рано. Снаружи холод. Вспоминаем слова одного из героев французского альпинистского фильма, сказанные в подобной ситуации: «Кто бы мог подумать, что этого момента я ждал целый год». С канта выходим на снежный гребень, круто переходящий в верхней части в лед. Хорошо, что веревки навешены. Переходим на скальный гребешок (продолжение канта). Слева крутой кулуар, по которому идут камни; по крутому скальному желобу, отходящему вправо, подходим под нависающую стенку. Погода резко ухудшается: крупа, мокрый снег. Очутились в какой-то нише у основания стены. В нише мы защищены от ветра, можно кое-как сидеть на рюкзаках. Крыша, сложенная из крупных блоков, должна быть надежной, но периодически грохочущий камнепад в левом кулуаре вызывает психологическое ощущение ненадежности. Оставаться тут нельзя. Двигаемся вправо. Пытаемся обойти стену. Вверх и влево пути нет: нависающая стена без зацепок. Проходим две веревки по трудным скалам. Рюкзаки вытягиваем. Да, не просто... Это ключевой участок маршрута. Предпринимаем еще один маневр. Спускаемся вправо и далее траверсом по трудным скалам со льдом к основанию черного желоба, переходящего в вертикальный камин. Рюкзаки перетаскиваем по наклонным перилам. Камин мокрый, в верхней части обледенелый. Что делается в камине, страхующему не видно. Только по веревке ощущаешь настроение и состояние партнера. Веревка прошла несколько метров и остановилась. «Юра! Как там впереди?» Ответа не слышно. В камине грохот — значит, либо рубит лед, либо сбрасывает камни. Веревка долго не движется. Наконец медленно проползла два метра, затем пошла быстрее. «Страховка готова!» Проходим камин. Моисеев еще не совсем отошел от схватки с камином. «Уже думал, что без шлямбура не обойтись, но потом все же вышел...» Вытягиваем рюкзаки: на небольшую наклонную площадку под желтой стеной. В 20 м выше еще одна небольшая площадка, покрытая снегом. Небо очистилось, холодно.

Смеркается. Два часа под руководством Симоника и Писарева чистим, выравниваем площадку, пытаемся увеличить ее «полезную» площадь. На верхней площадке, соединенной с нижней перилами, трудится связка Юры. Только в 22.30 влезаем в мешки. Площадка коротка, к тому же сильно наклонена. Симоник с Друем решили привязаться к перилам у входа, чтобы не сползать. Однако их партнеры, привязанные более свободно, уснув, быстро сползают, стягивая за собой и мешок. Замерзшие коллеги будят остальных. Начинаем подтягивать вверх мешок, долго возимся. И так всю ночь.
7 августа. Солнечное утро. Не спешим, подсушиваем палатку и поролон. Приятное чувство, что стена в основном пройдена. Планируем сегодня, если будет хорошее место, остановиться пораньше и лучше отдохнуть. Мимо верхней площадки выходим на контрфорс и затем вправо — вверх по разрушенным скалам — на гребень, идущий в меридиональном направлении от перевала Караарча. В 15.00 мы на первой Восточной вершине массива. Складываем тур, пишем записку с предложением назвать вершину пиком Л.В.Мышляева, с которым бывших бауманцев Моисеева и Симоника связывали дружба и совместные восхождения.

Далеко на запад уходит изрезанный гребень Дукдона; характерной снежно-ледовой трапецией возвышается, сверкая на солнце, Главная вершина. Влево на юг уходят красноватые разрушенные скалы. Хочется верить, что можно спуститься до самого ледника Караарча, ведь в этом случае пройденный маршрут (по нашей оценке, 5Б) мог бы стать ходовым. Но конечно, с юга нужна тщательная разведка пути спуска. Начинаем движение по разрушенному гребню, обходя слева небольшие «жандармы» и стенки. С крутого скального, со льдом сброса спускаемся по веревке на склон и далее к перемычке с озерком под большими скальными пальцами на гребне. Подрубаем и вытаптываем площадку с южной стороны гребня. Забрасываем ее камнями и устилаем плитами и щебнем. Ночевка идеальная. В сумерках залезаем в палатки. В 21.00 даем наблюдателям, согласно договоренности, белую ракету: «Первый участок — стена — позади».

8 августа. Ясно. По полкам в обход «жандармов», острому гребню и снежно-ледовому взлету быстро поднимаемся на вторую вершину Дукдона. Спуск — по гребню к небольшому провалу, затем по стенке и в обход большого острого камня снова на гребень. Далее вправо и по крутому снежнику с отличным выносом вниз, на снежное плато, слегка наклоненное, а затем обрывающееся огромными ледовыми сбросами на юг. Здесь жарко. На широкой осыпной полосе, окаймляющей плато, переодеваемся и начинаем подъем на третью вершину. Вначале «бараньи лбы», затем крутой снег, разрушенные скалы и осыпные полки южного гребня третьей вершины. Два часа очищаем от земли и мелочи одну из полок и ставим палатки. Связка Моисеев — Симоник в это время «налаживает» спортивный спуск с вершины. Дальнейший маршрут кажется непростым. Даем вторую белую ракету: «Пройден второй участок траверса. Появилась уверенность, что маршрут будет пройден».

9 августа. Облачность, сильный ветер. Пройдя слеваот вершины, спускаемся к большому камину в гребне и далее по гребню влево, к крутой стене, обрывающейся на юг. По ледовому желобу спускаемся на скальный гребень. Небольшая перемычка, стенка, далее дюльфер на основную перемычку. Пройдя гребень с карнизами, траверсируем влево снежно-ледовый склон, затем по желобу — на острый предвершинный снежный гребень и по нему — на вершину. 17.00. Погода плохая. В 20 м южнее вершины можно сделать площадки для палаток. Два часа работы — палатки стоят. Вернулась, организовав очередной дюльфер, связка, ходившая на разведку. Ветер хотя и слабее, чем на гребне, но уснуть трудно. Эту безымянную вершину мы предложили назвать пиком А.Г.Чернышева в память о замечательном спортсмене и педагоге из МВТУ имени Баумана, внесшем значительный вклад в дело развития студенческого спорта.

10 августа. Переменная облачность, сильный ветер, временами крупа. Решаем выйти. Спуск по снежнику, вправо и вниз спортивный спуск по крутому кулуару, переходящему в ледовый желоб, дюльфер. Далее скальный гребень и вниз, в снежную воронку, обращенную горловиной на юг, в провал гребня. Вырубаем и выкладываем камнями площадки. Мы уже много дней в пути. Лица обветренные, загорелые. Сегодня кто-то предложил фотографироваться, аргументируя это тем, что конца еще не видно и вид у членов команды может оказаться не таким бравым, как сейчас.

11 августа. Облачно, ветер. Поднимаемся по снежному склону, далее скальный гребень, стенка и снежно-ледовый гребень, переходящий в крутой ледовый склон. Слева скальные отвесы. Первые в связках надевают кошки. Очень трудное место: лед скалывается, держит плохо. Поднимаемся на скальный гребень со снежными наддувами и карнизами и по нему — на вершину. Оставляем в туре записку с предложением назвать вершину пиком XXIV съезда КПСС и по широкому скальному гребню начинаем спуск в сторону большого провала перед Центральной вершиной. На плече гребня у двух «жандармов» организуем ночевку. Еще рано. Одна связка прямо с вершины уходит по несложному гребню на юг, к вершине, стоящей в стороне от основного гребня массива и невидимой с севера, но по высоте превышающей Центральную вершину Дукдона. С гребня между 4-й и 5-й вершинами открывается необычная картина. В восточном склоне этой безымянной вершины огромный горизонтальный снежно-ледовый уступ — плато с отвесными стенами, обрывающимися на ледник. Все мы имеем дело с техникой, поэтому внимательны ко всяким закономерностям. А тут случайно выясняется — хороший сон посещает всех нас через день. Относим это за счет меда с орехами. Этот деликатес мы потребляем через день. Мясо мы съели сразу на подходах и в первые дни: боялись, что испортится, ведь внизу жарко. Мед с орехами нам его вполне заменил. Но и мед кончается. Жаль.

12 августа. Сильный ветер, крупа, снег. По острому гребню — к стенке. Дюльферы и спортивные спуски чередуются с движением по гребню — мы в провале. Под нами обширное снежное плато, обрывающееся чуть дальше ледопадом. По гребню поднимаемся к двум характерным темно-красным «жандармам» — зубьям. Обходим их слева и выходим вверх, на перемычку гребня. Еще немного — и можно делать площадки, спрятаться в палатках от пронизывающего ветра.

13 августа. Ясно, сильный ветер. Теперь отчетливо виден более простой путь, чем тот, что нами пройден накануне: с 5-й вершины по скалам вниз — влево на крутой снежный склон с бергшрундом и по нему — на плато, с плато — несложный подъем в район нашей ночевки. Дальнейшее движение начинаем с небольшого спуска по снежно-ледовому склону в обход скальной башни, затем вдоль рантклюфта к снежно-ледовому кулуару. Сюда можно подняться прямо с плато! По левой стороне кулуара, далее по скалам с последующим траверсом ледового желоба пересекаем слева небольшой гребешок и далее вправо — вверх, под нависающие скалы. По плитам и полке с короткой стенкой — на большую опоясывающую стену — полку. Прорубая карниз, сходим на гребень, по которому поднимаемся на Центральную вершину. Этот день технически и тактически (в смысле выбора маршрута) наиболее трудный. Снимаем записку таджикской команды. Любопытная подробность: при прохождении белого пояса из морфоризованного известняка замечаем прямо на стене отпечаток древней морской раковины. Где? На высоте около 5000 м когда-то здесь тоже было теплое море. Трудно поверить. Редкий сувенир. Только как его прихватить с собой? Его не отколешь: он на гладкой стене. У первой же белой осыпи начинаем перебирать камни — есть, есть сувениры! Наконец-то пошли «хоженые» места, первопрохождение закончено. С большим трудом выравниваем площадку в «съезжающей» осыпи южного склона. Белая ракета в 21.00: «Заканчиваем траверс, наблюдателям спускаться в Сары-Таг».

14 августа. Сильный ветер, облачно. Быстро выходим на 7-ю вершину. Ни тура, ни записки. Складываем тур, оставляем записку — и дальше, к гигантскому снежно-ледовому треугольнику в гребне перед Главной вершиной. Лед плохой, поэтому поднимаемся по обледенелым, разрушенным скалам и вмерзшим в лед камням. Довольно тяжелый участок. Выходим на гребень, по нему — на ложную вершину, с нее — спуск на перемычку. Оставляем рюкзаки и поднимаемся на Главную вершину Дукдона. Здесь установлен топографами триангуляционный знак. Записки нет. Фотографируемся и фотографируем пройденный путь и панораму. Как изменилась картина на севере! Все смотрится совсем в другом ракурсе, нежели в начале траверса. Далеко внизу рябит арчой зеленая долина Арча-Майдан.

Собственно Фанские горы с юга красные, почти бесснежные и потому не кажутся высокими. Знакомые контуры вершин: Сахарная Голова, Москва, могучий массив Чимтарги. Надо бы сюда еще приехать! К югу — безбрежное черно-белое море отрогов Гиссарского хребта. Наш гребень заворачивает сначала на юго-запад — совсем близко под нами сказочной формы безымянная вершина, похожая на замок. Затем гребень резко понижается и уходит на запад.

Спускаемся к рюкзакам, «ремонтируем» площадки. Ночевка. Уверены, что последняя. Долго не можем уснуть. Обсуждаем пройденный траверс. Сходимся на том, что при лучшей погоде и экономии одного дня при прохождении провала перед Центральной вершиной могли бы пройти траверс значительно быстрее.

15 августа. Не спешим - ведь спуск на юг несложен. И тут Дукдон преподносит нам сюрприз. Оказалось, что здесь нет настоящего спуска, но убеждаемся мы в этом слишком поздно, пройдя десяток спортивных спусков и дюльферов. Решаем продолжать спуск, чтобы не тревожить наблюдателей слишком большой задержкой. Правильный спуск, по-видимому, с Центральной вершины, на которую следовало бы вернуться по гребню. Устраиваем полулежачую ночевку в нижней части стены. Тихо. Вокруг все залито лунным светом.

16 августа. С рассветом продолжаем спуск. Спускаемся к реке Каракуль и по живописнейшему ущелью с березовыми рощицами, изумрудной травой, обрывая на ходу краснеющий шиповник, мчимся в лагерь, где нас ждут наблюдатели, и далее — в Сары-Таг, в альплагерь, в Душанбе, в Москву. Сезон окончен.

До свидания, Фанские горы! До свидания, Дукдон! Но мы еще вернемся, чтобы получше узнать тебя.

1970г.

Ю.Моисеев Д.Симоник


Все фотографии на этой странице взяты из интернета.

 
 
  содержание раздела

 
 
новости | база артуч | база алаудин | экскурссии | история | визбор | документы | радиосвязь | снаряжение | галереи | статьи | кунсткамера | forum  
2005-2014 ФАНЫ.РУ 
ver.2.0 DESIGN©V-STUDIO 

Лёгкая покупка автодомов в московской области и другая полезная информация для автопутешественников. ТрэвелАвто - жизнь за рулём.
Яндекс цитирования Автодома и караваны
Я путешествую с прицепом! Я путешествую с прицепом!
Отели Турции, детский отдых Экстремальный портал VVV.RU Активный отдых. Пассажирские перевозки, байдарки, поход Крым, сплав на байдаркахACTIVE-рейтинг туристических сайтов. Туризм и отдых